Эдуард Байков. Террариум его воспоминаний

09.05.2015 12:32

ТЕРРАРИУМ ЕГО ВОСПОМИНАНИЙ…

(О романе «Железный Шансон» А. Леонидова)

 

2005 год… Беспросветная мгла над Россией… О сполохах будущих надежд, робких, но реальных, ещё не сказали ни грузинская война, ни тем более возвращение Крыма… Совиная глухота… Умный и желчный, «доставшийся» жизнью человек словно бы мстит тайной тетрадью своему окружению…

Александр Леонидов (Филиппов) – в тот год в самой гуще предпринимательской среды. Он ведущий аналитик, а затем и редактор республиканской газеты «Предприниматель Башкортостана», он – консультант, спичрайтер, а затем и руководитель аналитического центра Ассоциации организаций предпринимательства региона… Он не вылезает из командировок в Торгово-промышленную палату РФ и на форумы предпринимателей в Москве…

И потому, когда в романе «Железный шансон» кого-то поразит «богатство фантазии» автора – следует учесть, что всего на фантазию не спишешь. Прекрасно знакомый с олигархическими верхами, вхожий в их среду и постоянно копящий о них информацию – этот умный и желчный, издерганный и потерявший надежду человек многое видел – или слышал – лично…

«Железный шансон» – прежде всего, захватывающий и остросюжетный детектив, наверное, «подостренный» кое-где, чтобы протолкнуть в столичное книжное издательство, куда глыбы вроде «Муската и Ладана», убийственно-тягучие, категорически не пролезали (и не пролезут никогда). Однако, говоря так, я должен сказать, что Леонидов никогда не писал детективов в жанровом смысле этого слова. Его книги – всегда о времени. Леонидов убежден, и не раз говорил, что только художественная литература может годы спустя передать дух времени: не факты и обстоятельства, а дух и запах эпохи. Исследователи могут тщательно свести в таблицы падеж крупного рогатого скота или прирост яйценоскости у кур, но – при всей подробности этих таблиц, мы не узнаем из них, как чувствовали эпоху изнутри скотники или птичники минувших лет…

У меня есть своё мнение о «Железном шансоне» Леонидова. Мне кажется, что главный герой романа – господин Ужас. Он, правда, появляется инкогнито, зато в каждой сцене. Это ужас автора перед случившимся, ужас автора перед временем, в котором он живет и перед людьми, с которыми он работает…

Роман дискретен, он соткан из таких, в хорошем смысле слова, басен – коротеньких историй с завязкой, острой кульминацией и некоей – пусть неявной – «моралью сей басни». Конечно, чисто хронологически, биографически и житейски сценка вырастает из сценки, но непрерывной связи между ними нет. Это метод Леонидова, опробованный ещё в «Истории Болезни» – аллюзия фотоальбома, который листает ленивая рука, слушая краткую историю каждой фотографии, между которыми может быть интервал во много лет…

В принципе, Леонидов до конца выдержал странный формат «песенного альбома шансона» – когда каждая главка заслуживает шансонной песни, вполне сюжетно укладываясь в законы этого жанра. Зачем автор так сделал – неясно, вряд ли он экспериментировал просто от забавы, скорее – хотел излить нечто мучившее его и нашел для этого некую подходящую форму.

Пропали в романе вечно преследующие любую вещь Леонидова длинные философские диалоги, отвалился поиск смысла жизни. Шансон есть шансон: любовь, уголовщина, страсть, измена, оружие, месть, насмешка, лёд и пламень – всё, что угодно, кроме сухой и кафедральной философии… И Леонидов до конца выдержал законы жанра. Оттого и вышла вещица нетипичной, не-леонидовской: сам автор молчит, потому что он в шоке этого времени. Говорят за него другие – те, кого он видит и опасается…

Оттого, наверное, вещь, ставшая слепком УЖЕ УШЕДШЕЙ ЭПОХИ (до Грузии и Крыма) – очень тонка психологически. Причем это специфическая психология порока, фиксация тёмных глубин человеческой души, странного и парадоксального «полёта бескрылых» – внутренний мир которых очень волнует автора, пытающегося раскрыть его.

Мы найдём в «Железном шансоне» ослепляющий мрак, безусловное сходство с гангстерской тематикой «Однажды в…» – но в совершенно неожиданном ракурсе. Леонидов акцентируется на «беловоротничковой» преступности топ-менеджмента корпораций, вместо разборок в гараже на первый план выступают разборки с ценными бумагами и биржевой блеф…

При этом правоохранительные органы, если и присутствуют в романе, то только в самом жалком и периферийном виде. Они все скопом – заложники игры олигархов, сводящих друг с другом счеты «по понятиям».

«Железный шансон» – книга не столько о преступном мире (хотя, как говорится – куда от него уйдёшь в 2005 году!), сколько о капитализме. Его нормы и законы, методы и обыкновения, его вывернутый наизнанку здравый смысл, хищничество, въедающееся в кость и плоть, его вечная «игра на понижение» в области человеческих исканий, знаний и чувств – вот содержание романа.

Предельный дефицит человечности раскрыт автором совершенно ошеломляющим приёмом: через отношения Евы Хозо к Валере Шарову (центральные персонажи книги). Ева Хозо – один из зловещих монстров эпохи приватизации, отчетливо прописанный выродок с совершенно извращённой психологией. Изначально Шаров ей нужен только как прикрытие её лесбийским наклонностям.

Затем – вместе с разложением всего и вся – необходимость в прикрытии совершенно отпадает. Но железная и жуткая Хозо держит Шарова при себе, причем защищает его с неистовой силой и оберегает, как зеницу ока. Автор не говорит – но вся композиция криком кричит: Шаров нужен монстру, как последнее окно в мир человеческого!

Он нелеп, глуповат, он всё время всё делает невпопад, он чужд среде, в которую попал по нелепой случайности – но именно эти отрицательные его качества, наложившись на общий минус эпохи – превращаются в плюс, незаменимый для Хозо.

Именно поэтому для чудовищной вампирши Евы смерть Шарова (в заключительном «Серебряном Хорале») – такая огромная потеря. Читатель, смеявшийся над клоуном Валерой всю книгу, даже растеряется: почему Хозо в таком потрясении, ведь чисто формально Валера никакой пользы ей не приносил, скорее, наоборот…

Наличие «окна в человеческое» – пусть даже маленького, банного, потешного – отличает Еву Хозо от полностью ороговевшего и запредельного олигарха Лотаря Пипиновича Припускова.

Лотари и Пипины – таковы имена франкских королей раннего средневековья. Там действительно Пипин был папой, а Лотарь – сыном. Леонидов не просто издевается над Припусковым (хотя и это тоже) – но и стремится показать потустороннюю природу, неотмирность таких, как Лотарь Пипинович. Если атаманше Хозо ещё нужны ниточки связей с человечеством, то Припускову они совсем не нужны. И в этом тонкая, психологическая их разница, которую не сразу поймёшь, но которая к концу книги начинает выпирать…

Однако все герои Леонидова (даже адский Припусков) – неоднозначны и не плоски. Леонидов использует для описания отношений в уголовном мире схему львиного прайда (рабочее название романа было – «История прайда»). Львы – хищники с шокирующей жестокостью и простотой душегубства, но львы – как всем известно – не чужды своеобразной элегантности, доблести, верности, ума и смекалки и т. п.

Поэтому некоторые говорят, что Леонидов в «Железном шансоне» романтизирует оргпреступность, чуть ли не влюблёнными глазами следит за ней. Это совершенно неверно, если читать внимательно. А тем более – если знать всё творчество Леонидова, автора – который никогда не даёт себе форы в споре с философией оппонента.

Прежде чем выступить против чего-то, опровергнуть, Леонидов на десятках страниц может описывать аргументы и сильные стороны противной стороны. Это и кажется при беглом взгляде апологетикой врага; на самом деле, это просто философская и эстетическая порядочность, стремление изучить мир того, с кем собираешься спорить.

Именно наиболее враждебные Леонидову социальные силы – наиболее подробно им и описываются, как бы по винтикам разбираются. К примеру, в «Терновой серенаде», самом, казалось бы, антиукраинском романе нашей литературы – чуть ли не половина страниц посвящена украинизму и украинцам. Автор легко бы мог от этого уйти – действие «Терновой серенады» происходит в Уфе, на Урале, и не требует такой плотности «украинских действующих лиц». Однако…

То же самое происходит и в «Железном шансоне» с оргпреступностью. Леонидов и на личном опыте в 2005 году познал, что люди, владеющие отраслями и регионами, как собственными вотчинами, просто не могут состоять из одних мерзостей и недостатков. Это просто немыслимо для честного взгляда на вещи: минусы, минусы, минусы – а в итоге «плюс всё».

Такие вот краткие замечания по существу неновой книги, изданной – в электронной форме – в 2015 году возглавляемым мной, как издателем, «Книжным ларьком». Думаю, «Железный шансон» не устарел – хотя уже устарели описываемые в нём модели бытовой техники, автомобилей, деловых бумаг и политических конфигураций. Но это делает его ещё интереснее.

Остальное «Железный шансон» сам про себя расскажет…

 

© Эдуард Байков, текст, 2015

© Книжный ларёк, публикация, 2015

Опрос

Нравится ли Вам сайт "Книжный ларёк"?

Общее количество голосов: 2441

Koнтакт

Книжный ларек keeper@knizhnyj-larek.ru